Menu

РУСТЕМ ГАЛИЧ: «ТРИ НОТЫ ДО ВИБРАЦИИ»

В субботу, 2 апреля, искрометный Рустем Галич поговорит о странностях любви с ценителями русской поэзии и изысканной музыки. Артист и режиссер, а еще – романтик, оптимист и путешественник, живущий на другом континенте, он давно считает Нарву своим творческим пристанищем. Историю своего появления на здешних подмостках Рустем поведал мне в одном из московских кафе, едва прилетев из солнечной Австралии.

— Рустем, здравствуйте! С какими впечатлениями вернулись из Мельбурна?

— С самыми яркими: Австралия – удивительный континент! Он давно манил меня, и я долгие годы грезил там оказаться, пока не понял, что сам он ко мне не приблизится. А значит, надо самому искать повод туда полететь! Главное – решиться, и тогда тебе начинает помогать вселенная.

— И помогла?

— Конечно! В феврале 2015 года я записал в календарь: «Австралия, гастроли». И начал готовить новую программу. Вскоре волшебным образом меня нашла давняя подруга и предложила приехать в Новую Зеландию и Австралию. Я обрадовался и согласился при условии, что она поможет организовать эти выступления. Теперь в этих странах у меня тоже есть своя аудитория, которая с каждым годом, надеюсь, будет расти.

— Не знала, что там такой спрос на русское слово!

— Русскоязычных людей много везде, и поэтического языка многим не хватает. Воодушевленный теплым приемом, я пообещал вернуться через год, но не получилось: было много проектов в Америке и Европе. Зато удалось через два: я позвонил Ларисе Хроновской, прекрасной певице и моему большому другу из Мельбурна. С ней мы вместе выступали в программе «Бал поэтов» в мой первый приезд туда.  А на этот раз сделали «есенинскую» программу. Лариса – большая поклонница этого поэта, и специально для нашей программы «Знакомый ваш — Сергей Есенин» она подготовила 12 песен на его стихи. Получилось очень интересно, австралийская и новозеландская аудитории остались довольны!

— Сколько концертов дали?

— В общей сложности восемь, и каждый имел успех! Атмосфера на каждом концерте была просто феерическая! И аудитория расширилась. Я очень благодарен и публике и всем организаторам наших концертов на местах. Ну, а погода была просто великолепной! Из нашей зимы я попал в самое настоящее лето. Температура воздуха достигала +30, чудесный чистейший океан согревал одним своим видом, а еще радовали прекраснейшие национальные парки с пахнущими эвкалиптами, мои любимыми коалами и обожаемыми кенгуру. Такого больше нигде нет!

— Теперь после весенней Москвы через Казань направляетесь согревать Эстонию. Как впервые замахнулись на такие глобальные маршруты?

— Ну, особо глобальными я эти гастроли назвать не могу. Они достаточно продолжительные, после Австралии и Новой Зеландии у меня сейчас начинается европейский тур — Эстония, Латвия, Польша, Калиниград, — но бывало, что я и по четыре с половиной месяца гастролировал. Это было в 2014 году, когда отмечали 200 лет со дня рождения Михаила Юрьевича Лермонтова. Я тогда делал тур со спектаклем «И рай открылся для любви…» по его поэме «Демон». Но сейчас у меня действительно родилась идея глобальных гастролей. Хочу поехать в кругосветное путешествие со своими спектаклями. Объединить все русскоязычное население планеты русским поэтическим словом!

— Вы уже много лет живете в Нью-Йорке. Как оказались там?

— Я родился и вырос в Казани, где до сих пор живут мои мама и сестра. После школы поступил в театральное училище имени Щепкина и остался в Москве на целых 16 лет: сначала учился на отделении «Актер художественного слова», а потом и сам стал преподавать сценическую речь в нашем же Щепкинском училище. Параллельно работал на телевидении и радио. В 2000-м поехал отдыхать в Нью-Йорк, и там заглянул в редакцию русского радио, где мне предложили работу. Разумеется, я с радостью согласился! И начал вести передачи о литературе и поэзии. Потом было телевидение и, конечно, я всегда занимался своими концертными программами. Но на каком-то витке жизни решил сосредоточиться только на исполнительской карьере. Без журналистики я вполне могу жить, а вот без сцены и чтения стихов себя не мыслю!

— А почему псевдоним взяли, как у известного советского барда? Ваша настоящая фамилия – Енгалычев – просто фонетическое совершенство.

— Все очень просто. Я всегда шучу, когда меня спрашивают, не родственник ли я Галичу, что это у него псевдоним, а у меня просто половина фамилии. Дело в том, что американцам было сложно выговорить оригинал, и я убрал первый и последний слоги. В американском спеленге это действительно «Галич».  Очень скоро благодаря работе на радио и телевидении я стал в Нью-Йорке публичной фигурой. А сценическое имя «Рустем Галич» — узнаваемым.

— Пласт классической литературы хоть и объемен, но не бесконечен. Вы его, наверное, практически весь пропустили через себя?

— Нет, далеко не весь: я не литературовед. Многие иногда путают меня с поэтом, дарят после концертов книжечки стихов и просят, чтобы оценил их творения. Но у меня на этот счет субъективное мнение: я любую поэзию воспринимаю как возможный материал для исполнения! И когда выбираю себе произведения в программу, то примеряю все образы на себя: зацепило – значит, мое. Так же и с выбором музыки для постановки. Каждый творец несет некое созвучие определенных вибраций, и важно этими вибрациями совпасть, чтобы не было диссонанса.

— Сложновато, наверное, в каждом регионе искать «созвучных» партнеров по сцене?

— Наоборот, интересно. В этом же самая суть творчества — искать и находить что-то новое. И находим! Например, когда делали «Демона» в филармонии Великого Новгорода, дирижер все предлагал мне дослушать до конца каждое произведение, чтобы сделать выбор. А мне не надо до конца, мне достаточно трех нот: есть вибрации – берем, нет – извините. И вдруг – «Адажио» Моцарта. Нашли! Это было как зерно, из которого очень быстро вырос весь музыкальный ряд спектакля. Игорь сказал: «Теперь я понял, что тебе нужно!». И дальше все покатилось как по ровной дорожке.

— Ощущение, что в наших краях вы зерно нащупали сразу. Я даже поначалу думала, что вы – нарвский. В смысле, по рождению.

— По духу я ваш, конечно! (смеется). Очень люблю Нарву: прекрасный маленький городок, очень красивый, где можно спокойно порепетировать, вместе с профессионалами отшлифовать программу и потом показывать ее в России и Европе. Так было с постановками по Есенину и по Северянину, так было с программой «Бородино» – София Школа насчитала целых 9 оригинальных программ, которые родились именно в вашем городе! С легкой руки Софии Ермолаевны мое знакомство с Нарвой и началось.  В Нарве я познакомился с замечательными музыкантами из трио Senjo – Светланой Ефимовой, Денисом Коцаренко и Николаем Ждановым, и с тех пор мы работаем вместе.

— Вы же чаще на другом континенте находитесь. Как строите работу?

— Присылаю участникам будущих программ сценарий заранее, они подбирают нужные произведения, репетируют, готовят их, а потом при встрече мы все сводим в одну программу.

— И с Нарвским симфоническим вам довелось поработать?

— Да, два раза. В первый с дирижерем Анатолий Щурой мы готовили пушкинскую программу, а в следующий раз показали «Орфея», и моей Эвридикой стала талантливая молодая нарвитянка-танцовщица Лиза Дылева. Кстати, очень часто я включаю в постановки еще видеоинсталяции и танцы. Например, в нарвском спектакле «И рай открылся для любви…» партию Демона-танцующего отлично исполнил танцор Антон Чистоделов (улыбается).

— Это мой кузен, и я очень им горжусь. Видите, город и вправду маленький, сплошные родственники!

— Тогда почему я встречаю людей из Нарвы даже в Америке? Не так уж вас и мало (смеется).

— Достаточно, чтобы заполнить зал. Так чем в ближайшие выходные порадуете нарвитян?

— Сейчас весна, хочется чего-то легкого, теплого, романтического, поэтому мы с трио Senjo и с вами, дорогие зрители, «Поговорим о странностях любви». Жду вас 2 апреля в 17.00 в Нарвском замке. А после Нарвы выступлю еще в Силламяэ и Кохтла-Ярве.

— А что из наполеоновских… то есть смелых планов, которым помогает вселенная?

— По пути в Новую Зеландию я листал в самолете бортовой журнал. И прочитал, что некий альянс авиакомпаний предлагает отправиться в кругосветное путешествие. Меня это заинтриговало. Несмотря на то, что мои турне охватывают много стран, в мире еще очень много мест, где я ни разу не был. Начиная от Латинской Америки и заканчивая такими, казалось бы, очевидными направлениями, как Казахстан, Киргизия или Белоруссия. И я решил, что в 2019 году отправлюсь в кругосветку с несколькими программами.

— Почему именно 2019-й и кого пригласите себе в компанию?

— Малореально, что кто-то пройдет со мной этот путь от начала до конца, но на разных этапах хоть один, да обязательно присоединится. А год будет юбилейным: 205 лет со дня рождения Лермонтова, поэтому я возьму за основу свою любимую работу «И рай открылся для любви…». Там, куда лежит мой путь, ее еще не видели!

— Пусть у вас все получится. Напоследок пожелайте читателям что-нибудь в позитивном ключе.

— Начну с любимого анекдота. Друзья решили проучить неисправимого оптимиста и привели его на кладбище. Бросили ему напоследок: «Посиди, подумай!» — и оставили там на весь день одного. Вернулись к вечеру и спрашивают: «Ну как?». А оптимист и отвечает: «Посидел, подумал. А потом голову поднимаю, а вокруг – сплошные плюсы!». Это снова о том, что каждый видит во всем себя. Пессимисту везде плохо, а оптимист найдет плюсы даже в полнейшей, казалось бы, безысходности. Желаю вам положительного настроя во всем, а еще – солнечной весны, любви и поэзии в ваших сердцах. До встречи в Нарвском замке!

Беседовала Анна Чистоделова

ВИДЕО ДНЯ