Menu

НАРВСКАЯ ГОРБОЛЬНИЦА: КАК ИЗМЕНИТЬ БУДУЩЕЕ

НАРВСКАЯ ГОРБОЛЬНИЦА: КАК ИЗМЕНИТЬ БУДУЩЕЕ. Уже несколько месяцев не утихают страсти по городской больнице. Вкратце ситуация такова: Больничная касса для оптимизации расходов на медуслуги планирует их централизовать, переведя более половины специальностей из общих больниц в центральные и региональные. Пациентам в этом случае придется ездить за медпомощью за 50 и более километров, тогда как раньше они могли ее получить практически в шаговой доступности.

Уже несколько месяцев не утихают страсти по городской больнице. Вкратце ситуация такова: Больничная касса для оптимизации расходов на медуслуги планирует их централизовать, переведя более половины специальностей из общих больниц в центральные и региональные. Пациентам в этом случае придется ездить за медпомощью за 50 и более километров, тогда как раньше они могли ее получить практически в шаговой доступности.

В этой непростой ситуации, где на одной чаше весов экономия денежных средств, а на другой – жизни и здоровье людей, руководство члены совета больницы выбрали второе, решившись противостоять необратимости реформ. О том, с какими трудностями пришлось столкнуться, и сколько стоит комфорт пациентов, рассказывают председатель совета Алексей Воронов и член правления Олев Силланд.
voronov-2

— Алексей, Олев, добрый день. Спасибо вам за заботу о горожанах. Если можно, давайте озвучим, за что конкретно боремся.

А. В.:За сохранение услуг в прежнем объеме, но в улучшенном качестве. Проблема не возникла ниоткуда, и мы прекрасно понимаем, что у государства действительно не хватает денег. В связи с этим Больничная касса (БК) придумывает различные формы решения вопроса, и они в основном непопулярные, местами губительные для пациента. Поэтому неравнодушные члены совета больницы и член правления Нарвской больницы включились в процесс обсуждения и поиска достойных вариантов выхода из проблемы.

О. С.:Для жителей Нарвы жизненно важно, чтобы больница сохранила статус самостоятельного лечебного учреждения, не сокращала количества услуг и по мере необходимости увеличивала число высококвалифи-цированных специалистов.

— А что конкретно предлагает Больничная касса? Может, не так страшен черт, как его малюют?

А. В.: Суть планируемых БК реформ заключается в таких модных нынче терминах, как «сетевание» и «географическая доступность». По факту, если сейчас житель города может получить квалифицированную медпомощь в городе, то после реализации программы «географической доступности» поедет за 50 километров от Нарвы в лучшем случае. И зачастую это не полный сил молодой парень, к примеру, а действительно нездоровый человек, которому трудно передвигаться, дышать или еще что-то. Поймите: мы не противники реформ, мы не ретрограды! Но готовы сделать все, что-бы жизнь нарвитян не стала хуже, что вследствие принятия подобных решений необратимо. Поэтому на-мерены всячески отстоять статус и возможности больницы.

О. С.: Денег у государства действительно не хватает, это правда; раньше резервы БК были под двести миллионов евро, а теперь, в экономически трудные времена, БК живет за счет накопленного в благополучные годы, тогда как расходы заметно превышают доходную часть. Наша больница не единственная, в которую пришли представители БК с «предложением» отказаться от 10 видов амбулаторных услуг, чтобы сократить расходную часть БК. Поскольку эта «географическая доступность» коснулась всех 11 общих больниц, включая нашу, были написаны два коллективных обращения министру труда и здоровья Евгению Осиновскому, где предоставили свой анализ ситуации. А он таков: при реализации программы доступность медпомощи в регионе обслуживания 11 общих больниц сократится, больные будут перенаправлены в сторону региональной и центральных больниц, а это и больным создаст дискомфорт, и персоналу этих крупных клиник: готовы ли они к такому увеличению нагрузки?

— Какой же ответ вы получили?

— Я знаю, что Осиновского вызывали на заседание социальной ко-миссии в Парламенте Эстонии, где обсуждался этот вопрос. Что он говорил там, неизвестно, но вскоре состоялись его знаменитые нарвские встречи сначала со всеми профсоюзными организациями города, потом с депутатами городского собрания, позже с жителями города в колледже ТУ, где обсуждались кризис и сокращения в разных сферах бизнеса; и медицинской темы министр, конечно, коснулся. Мы ему заранее направили вопросы, и в итоге, стоя на кафедре в Нарвском колледже ТУ, Осиновский пообещал сохранить медицинские услуги для нарвитян на нынешнем уровне. Что это – серьезные намерения или просто слова – увидим позже.

— Что еще сказал министр?

А. В: Не секрет, что министерство отстранилось от руководства медициной за последние 10 лет, отдав его на откуп Больничной кассе, которая сама все эти годы решает, у какой больницы сколько услуг покупать. Министр пообещал, что займется вопросом, озадачит министерство, чтобы руководящую роль играл не кошелек БК, а министерские постановления.

О. С.:В свое время, когда запускалась реформа больниц Эстонии, когда их только начали делить на общие, центральные и региональные, были прописаны и виды услуг, оказываемые в каждой из них. Нарвская получила статус общей, но мы добились у министерства исключения в виде сохранений отделения психиатрии и инфекционных заболеваний, которые по статусу общей больницы нам не полагались.
Плюс отстояли третью степень интенсивной терапии – проще говоря, реанимацию. Министерство пошло нам навстречу по всем трем пунктам. К сожалению, в прошлом году психиатрическое отделение закрыли, а реанимацию узаконили потом во всех подобных больницах, но это уже другая история. Я сейчас о периоде, когда реформами здравоохранения занималось министерство, а не БК, рассматривая каждый случай индивидуально.

— Неужели министерство совсем не занимается больницами?

О. С.: Почему? Коль скоро министр пообещал, что займется руководством реформами, чиновники проехали по всем общим больницам Эстонии, включая нашу. 10 марта в больнице состоялось совещание, где присутствовали 3 человека из министерства, председатель правления центральной больницы уезда, через видеоконференцию – и канцлер соцминистерства Иви Нормет, а также 4 представителя БК. От нас было два члена совета Narva Haigla, я и ülemarst. Встреча продолжалась три часа.

— К каким выводам пришли?

О. С.: Видение министерства в целом выглядит так: медицина всего уезда должна стать единым целым, а значит, нужно создать условия, что-бы центральная больница и другие, более мелкие, не конкурировали между собой. Как это сделать, нигде не сказано, но нас нацеливают на сотрудничество. Принципы придется выработать с чистого листа, и мы уже этим занимаемся. Пока много нестыковок: например, у нас в больнице работает пульмонолог. Эта специальность входит в одну из 10, которые БК намеревалась в перспективе не покупать у Нарвской больницы. Но пульмонолог нужен пациентам! Как быть? В процессе переговоров с БК предлагались самые разные решения.

— В общем, история пульмонолога – это как некий индекс переговоров.

— Получается, что да. Ведь в центральной больнице тоже нет ресурса, чтобы все эти специальности взять себе.

— А может, есть какое-то творческое решение?

— Мы пытаемся его найти. Новый совет больницы, который работает три месяца, решил рассмотреть все возможные варианты не только с центральной больницей, но и с тартуской клиникой – Tartu Ülikooli Kliinikum, которая имеет большое влияние на медицину Эстонии. В общем, мы решили консолидировать свои усилия по крайней мере в части обсуждения с коллегами. Организовали поездку в Тарту, где встретились с правлением Tartu Ülikooli Kliinikum . Обсудили возможные пути сотрудничества и договорились действовать, не переходя друг другу дорогу.

— Как это?

— Медицинские услуги будем оказывать совместно, каждый в своей зоне влияния, а не так, чтобы, как в случае с пульмонологией, где услугу будет оказывать Нарвская больница на условиях субподряда у центральной больницы уезда. Здесь еще многое придется разрабатывать. Но член правления Tartu Ülikooli Kliinikum – очень серьезный в области медицины деятель, который. Одну из возможностей сотрудничества между больницами – Tartu Ülikooli Kliinikum, SA Ida-Viru Keskhaigla и SA Narva Haigla – он видит в подписании трехстороннего договора, позволяющего Нарвской больнице в итоге усилить позиции в переговорах с БК.

А. В.: Это собственно и есть наша цель. Все же Нарвская больница – самая крупная из общих, ее не надо сравнивать с больницами мелких городов. Это некорректно по сути. С идейной и моральной поддержкой тартуской клиники совместно с Кескхайгла мы можем доказать, что достойны иметь особый статус и исключения, подобные тем, что больница получила 10 лет назад. И даже продолжать развиваться.

— А где брать финансы на развитие?

А. В.:В Еврофонде, который готов выделить 1 млн евро для обновление приемного покоя и создания в Нарве Центра здоровья; в нем под одной крышей будут работать 7 семейных врачей. Правление больницы отбирает подходящих кандидатов в этот коллектив и параллельно готовит документы на конкурс, чтобы получить финансирование и начать строить. Доля нашего участия в проекте – 25%, и 75 – миссия ЕС.

— А как вообще обстоит ситуация с персоналом в Нарвской больнице: есть ли приток молодых специалистов?

О. С.:Выпускники Тартуского университета предпочитают трудоустраиваться в более крупные больницы или вовсе едут за границу где оклады заметно выше наших. Но и мы в меру своих возможностей имеем успехи в привлечении на работу врачей, за последние 10 лет приняв на работу 15 сотрудников из третьих стран, в основном из России и Украины; есть у нас даже хирург-иорданец, который закончил мединститут в Санкт-Петербурге.

— Приезжая, эти люди соответствуют местным профессиональным требованиям?

— Чтобы получить регистрацию врача-специалиста в Департаменте здравоохранения, нужно, чтобы программа обучения совпадала с той, что применима в Тарту – она соответствует требованиям ЕС. Раньше каждый специалист из другой страны мог пройти полугодовой адаптационный период в больницах Эстонии, а мы наблюдали за работой «новеньких», писали характеристику и направляли ходатайство в департамент здоровья, который вносил врача как специалиста в регистр врачей Эстонии. С помощью этого механизма нам удалось себе заполучить нескольких врачей-специалистов. Лет 7-8 назад закон поменялся: адаптационный период упразднили, что заметно затруднило приток врачей. К сожалению, сейчас уже год, как регистрация врачей приостановлена: снова меняют законодательство.

— Почему?

— Союз врачей Эстонии некоторое время назад поднял шумиху – как это так, доктора из третьих стран не владеют государственным языком, это несправедливо! Сейчас вновь прибывшим по требованию закона надо сдавать экзамен на эстонском языке, что не очень реально

— Вы ведь у руля больницы очень давно! Помните, как впервые оказались здесь в качестве сотрудника?

— Это было в 1979 году, я окончил медицинский факультет Тартуского университета начал и работать хирургом общего профиля в старом корпусе больницы на Хайгла, 5, где располагалось хирургическое от-деление на 75 коек. Оперировал грыжи, варикозное расширение вен, проводил операции по поводу аппендицита, желчнокаменной болезни, язв желудка и 12-перстной кишки. Все тогда было иначе. Больница была на хорошем уровне по тогдашним меркам. Население города, если помните, составляло более 80 тысяч, тогда как сейчас – около 60. Не было одноразовых капельниц, шприцов. Последние кипятили, а потом – великая модернизация! – создали в больнице центр стерилизации, где комплектами эти шприцы обрабатывали, что стало огромным подспорьем. Иглы – отдельная тема. Был у нас такой легендарный работник Витя Борода, который эти иглы иногда и точил! Это давно забыто: сейчас на страже комфорта пациентов и техника, и совершенно новые штатные требования: сегодня у каждой сестры есть помощница, которая занимается уходом – кормит, проводит гигиенические процедуры. А сестра больше вовлечена в лечебный процесс: она должна анализировать ход лечения, заполнять сестринскую историю болезни.

— Бывают экстренные случаи. Наша больница в состоянии с ними справиться?

— В кино ситуация на уровне «нож в сердце» происходит часто, а в жизни это, согласитесь, крайне редкий случай. Держать кардиохирурга с бригадой ради него бессмысленно, структура должна себя окупать. Отделение той или иной помощи открывается под определенное количество случаев. Например, родильное отделение оправдано там, где происходит не менее 500 родов в год.

— У нас столько набегает?

— Да, хоть и падает рождаемость в последние годы. Бывали всплески, когда под 1000 родов принимали, а в прошлом году, например, родилось около 500 детей. Наши сегодняшние усилия в плане сохранения функций больницы направлены и на защиту нарвского роддома, конечно же.

— Пусть все получится. Все же лечиться хочется недалеко от дома.

— Сегодня у людей есть свобода выбора: мы все имеем машины и можем поехать в любую клинику в стране. Это наше право, но каждый также вправе рассчитывать и на доступные, качественные и гарантированные медицинские услуги в своем городе. Это дает чувство защищенности и уверенности в завтрашнем дне. Мы со своей стороны сделаем все, чтобы эту уверенность сохранить.

А. В.: И будем решать этот серьезный вопрос всеми силами, которые у нас есть, а также своевременно информировать нарвитян о ходе событий. Полноценная больница нужна нам всем, значит, надо сохранить все ее ресурсы. Над этим и работаем.

Беседовала Анна Чистоделова

ВИДЕО